Супердевальвация шведской кроны 1982

В течение часов после вступления в должность в октябре 1982 года второй кабинет Улофа Палме и министр финансов Кьелль-Улоф Фельдт девальвировали шведскую крону на 16 процентов — куда более значительный шаг, чем шестипроцентная девальвация 1976 года или буржуазная 1981-го, и достаточно крупный, чтобы войти в шведскую экономическую историю под собственным именем — супердевальвация. Кабинет обошёл подготовительный процесс Риксбанка и продавил меру; глава Риксбанка Ларс Волин, по имеющимся сведениям, был оповещён с очень коротким уведомлением.

Девальвация стала макроэкономическим стержнем SAP-ской tredje vägen — Третьего пути, — партийного ответа на стагфляцию, сочетавшего ослабление валюты, восстановление экспортной рентабельности и продолжающуюся защиту социального государства. Понизить долю труда в национальном доходе в пользу капитала и восстановить промышленную норму прибыли; защитить социальные и профсоюзные институты поверх этой восстановленной базы; рассматривать полную занятость как связывающее ограничение. На коротком горизонте это сработало: шведский экспорт ускорился, рентабельность промышленности вернулась, и конец 1980-х открылся подъёмом.

Долгосрочные последствия оказались менее благоприятными. Девальвационная стратегия Третьего пути снизила долю труда в национальном доходе сильнее, чем её архитекторы публично отстаивали, осложнила параллельное введение фондов наёмных работников в 1983-м и — вместе с отменой валютного контроля 1989 года и делом Nyckeln 1990-го — подкармливала перегрев кредита и цен активов, который вылился в банковский кризис начала 1990-х. Шаг 1982 года остаётся определяющим макроэкономическим ориентиром в шведской экономической историографии после 1980-го, и левые и правые историки формулируют его очень по-разному.